Les Quatre Cavaliers

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Les Quatre Cavaliers » Основной » Зов


Зов

Сообщений 1 страница 30 из 35

1

Кто: Фредерик Кассад, Доминик Браунинг
Когда: ранее утро
Где: Гринвичский парк

Ни один ангел не способен эффективно действовать на земле без людской помощи. И когда ты - тамплиер, явление во сне ангела воспринимается чуть с большей серьезностью, чем воспринялось бы обычным человеком. Сияющая крылатая фигура, назвавшаяся Сашиелем, потребовала помощи Кассада и обещала ждать его у Гринвичского меридиана.

0

2

Одежда: коричневый длинный плащ, белая рубашка, черные брюки, черные ботинки.

          Он и не представлял, что эта человеческая жизнь настолько сложна. Как просто все было раньше, когда достаточно было всего лишь сойти на землю и выловить какого-нибудь нефилима, чтобы дальше заниматься тем, что от тебя требуется. В нынешнем исказившемся мире нельзя выдавать свою сущность, чтобы тебе не помешали. А нынешние правители – как хорошо, что его предупредил заранее кто-то из мелких ангелов, не так давно бывавших на земле – настолько глупы, что не поверят ни одному его слову. А если и поверят, то заставить их помочь будет непросто и слишком долго. Проклятые потерявшие веру люди! Проклятый туман! Проклятая сырость! Архангелу очень хотелось отряхнуть крылья, которых как бы и не было сейчас при нем: было такое ощущение, что они намокли от влаги.
          Разумеется, он не стал привлекать к себе лишнее внимание, переносясь прямо к меридиану, от которого глупые люди отсчитывали расстояние и время. Но может, он и погорячился на этот раз. География этого мира была такой, что солнце, всходя в одном месте, заходило в другом, и, увы, несчастным бескрылым приходилось подстраиваться под этот милый каприз Отца. Сашиель перенес это тело к теннисному корту, полагая, что в столь ранний час, когда парк только открылся для посетителей, да еще и в такой туман, ни один нормальный человек не будет здесь находиться.
          К великому сожалению херувима, человеческое тело было очень слабым, и его раздражала такая влажность в воздухе. Деревья превратились в темные силуэты в грязно-белом тумане, и обычный человек наверняка заблудился бы здесь. Сашиель же преспокойно вышел на одну из многочисленных парковых дорожек и продолжил свой путь с куда большим комфортом.
          Он поднял воротник плаща, уже подходя к блестящей линии, и фыркнул. Архангелу не нравилось разгуливать в тумане. Слишком мокро, капли влаги оседали на его волосах и скатывались на лицо. Ему-то в целом плевать, но сейчас это отвлекало Сопровождающего Бога от мыслей. Ему требовалось действовать, тогда ни человеческие холод, ни боль, ни дождь не отвлекли бы его.
          Ну да по сути он просто был раздражен из-за всех тех неудобств, которые существовали в человеческом мире. В другое время его не волновало бы ничто, тем более сырость.
          Лишь бы этот человек не слишком сильно опоздал.

Отредактировано Dominic Browning (02.12.2012 17:25:35)

0

3

Одежда: классический тёмно-серый костюм, рубашка, галстук, ботинки, чёрный плащ, перчатки.


В такую погоду Кассад особенно остро ощущал недостаток сигаретного дыма в лёгких. Сегодня сама атмосфера располагала к тому, что бы добавить к  холодному молоку загустевшей влаги немного терпкого табачного дыма. Жуткая зависимость от сигарет, которую Фредерик совсем недавно смог перебороть, всё ещё давала о себе знать.
Туман рваными грязными клочьями стелился по земле, скрывая в своей гуще отдельные предметы. Сегодня Гринвичский Парк выглядел особенно неприветливо и уныло, словно нарочно отражая настроение идущего по одной из центральных дорожек человека. Фредерик мотнул головой, борясь с искушением отвесить себе бодрящую оплеуху. Чёрт побери, а ведь он, наверняка, смог бы найти гораздо более приятное занятие для субботнего утра, нежели эта совершенно незапланированная прогулка, не приносящая почти никакого удовольствия.
Впрочем, как бы мужчина не убеждал себя в обратном, он всё же испытывал, пусть и небольшое, но какое-то мазохистское удовлетворение от того мучения, что ему приносило путешествие. Прошлая ночь выдалась особенно отвратительной. Мало того, что Кассад большую её часть провел в болезненных попытках поймать сон, так ещё когда мужчине это всё-таки удалось, подсознание преподнесло ему такое... Так что, продолжение его страданий – естественное следствие, с которым приходится мириться.
Отчасти чувствуя себя полнейшим идиотом, Фред всё же не терял надежды на то, что вчерашнее явление ангела не шутка его измученного работой и постоянным недосыпом воображения.
Но если увиденное им прошлой ночью - истина, то что же от него понадобилось высшему существу? Нет, Кассад отнюдь не считал себя мелкой бесполезной сошкой, болтавшейся в низах иерархии Новых Тамплиеров (да он ей и не был), однако, ему было по-человечески любопытно, почему выбор пал именно на него.
Здание Королевской Обсерватории размытой неясной громадой замаячило впереди. До назначенного места встречи оставалось всего несколько десятков шагов, но из-за пелены тумана, не такого уж и редкого гостя в этой стране, мужчина почти ничего не видел.
"Прекрасные условия", - мелькнула в голове невесёлая мысль, сопровождавшаяся образом короткого стального лезвия, рассекающего воздух, - "Грех не воспользоваться".
Кисло улыбнувшись, юрист покачал головой и ускорил шаг, вслушиваясь в стук собственных каблуков.
Точное время встречи было обговорено заранее и Кассад, повинуясь давней привычке, явился к границе полушарий почти секунда в секунду. Его ждали. Высокая тёмная фигура, закутанная в коричневый плащ, выглядела довольно зловеще в своём одиночестве. Поднятый воротник скрывал часть лица пришедшего на встречу, но глаза оставались открытыми. Поймав холодный взгляд незнакомца, Кассад понял, что это именно тот, кто ему нужен. Вернее, кому нужен он, рыцарь ордена Новых Тамплиеров.
- Доброе утро, - чуть хрипло проговорил Фред, словно бы голос его только что проснулся, - Так чем я могу быть полезен?

Отредактировано Frederic Cassad (03.12.2012 17:19:43)

+1

4

Какие глупости могли прийти в эту человеческую голову! Архангел задавил волнующееся человеческое сознание, которому он, к сожалению, давал слишком много воли – вот откуда шло его беспокойство. Значит, больше не будет. Человеческие эмоции тонкой струйкой текли откуда-то изнутри этого тела, и Сашиель безжалостно заткнул источник и осушил эту струйку. Чистое сознание больше не отвлекалось на мелочи, и херувим с прежним равнодушием на лице стряхнул с рукава невидимые пылинки, которые просто не могли появиться в такую погоду.
          Нефилим, тело которого он занял, был рад отдать ему свое тело, был готов вместе с ним карать грешников, но оказался чуть более мягкотелым, чем пытался казаться. Впрочем, нефилим начал успокаиваться и почти не мешал Сашиелю заниматься своим делом.
          Он уловил шаги, а после, обернувшись, заметил и темную фигуру человека, которому он приказал явиться сюда. Ангелу не нужны были часы, он и без того обладал чувством времени и знал, что этому человеку знакомо слово «пунктуальность». Равнодушным взглядом он скользнул по подошедшему человеку. Стоило лишь выйти из человеческого тела и явиться во сне, чтобы ему поверили. Более того, этот юнец был тамплиером. Новые или старые тамплиеры – какая разница? Эти люди долгое время были преданы их высшей миссии.
          – Мир тебе, человек, – херувим еле заметно кивнул головой. – Воля Отца нашего привела меня сюда, на землю, чтобы спасти род человеческий от падения. Я выбрал тебя, Фредерик Кассад, чтобы через тебя говорить с твоим воскрешенным орденом. Мне самому некогда приходить к ним. К тому же ты – человек, тебе проще говорить с другими людьми.
          Архангел медленно пошел точно по блестящей линии меридиана, не следя, идет ли за ним человек.
          – Я знаю, что вы, люди, не любите делать что-либо просто так, даже если это делает вам честь, – если бы эмоции человеческого лица давались ему проще, Сашиель бы нахмурился, однако это лицо оставалось безмятежно-спокойным. – Но, смею заметить, благодаря мне ты заметно поднимешься в вашей иерархии. Более того, я могу пообещать тебе свою защиту.
          И это было не все, что Сашиель хотел от человека. Были и разные мелочи, знания о которых ему не могло дать сознание священника, к тому же сейчас наглухо отделенное от тела и усыпленное до мертвой тишины. Он наблюдал за людьми, изучал людей, но многие привычки современного человеческого рода оставались непонятными Сашиелю. И ему нужен этот мальчик, который объяснит изменения человеческого мира.
          – Мне понадобится и другая твоя помощь. Когда я в последний раз задерживался у вас на земле, здесь многое было иначе. Прошло не так много времени, но вы, люди, меняетесь так же быстро, как и умираете.

+1

5

Ох, прошу прощения за задержку Х_Х

О том, что в своей жизни Кассаду придётся встретиться с ангелом, он даже подумать не мог. Точнее, мужчине было не до размышлений на подобную тему. Разумеется, его орден сам по себе предполагал имевшую под собой твёрдую почву веру в существование этих созданий, стремящихся во славу Отца своего очистить Землю от скверны. Если отбросить в сторону красивые слова и старинные легенды, оставалась чёткая цель, преследуемая орденом, как одним из инструментов высшего разума на планете.
Разумеется, Фред не был лишён веры, но по большей части мужчину заботили гораздо более мирские дела. Работа, к которой Кассад питал почти смертельную привязанность и которая доставляла ему почти ни с чем не сравнимое удовольствие, занимала достаточно времени, а досуг... Вот и представилась возможность провести его чуть более необычно, чем прежде.
Внутренний двор Королевской Обсерватории, ещё не успевший лишиться тонкой лазерной указки, прорезавшей воздух параллельно стелившейся по полу блестящей ленте, отмечавшей нулевой меридиан, выглядел угрюмо и неприветливо. Голоса людей и гулкие отзвуки шагов удивительным образом дополняли картину мрачного одиночества, царившего вокруг.
Ангел говорил чётко и сухо, без малейшего оттенка эмоций. Его спокойное лицо как нельзя лучше подходило этому месту - малейшая тень улыбки, неприязни или гнева тут же испортили бы весь эффект.
Фредерик чувствовал себя несколько странно (если не сказать, неуютно) в присутствии этого человека. Как ни старался Кассад, он не смог распознать даже тени настроения в его холодных чистых глазах. Это нервировало. Если не сказать больше - раздражало. Как человек, чья профессия так или иначе была связана с попытками узнать подноготную собеседника через зрительный контакт, определённые движения, высказывания, Фред сейчас испытывал почти физический голод.
Юрист внимательно вслушивался в речь говорившего и росток сомнения, что с самого утра не давал мужчине покоя, расцвёл с новой силой. Подавив до безобразия детское желание "попросить дядю показать фокус" в доказательство подлинности своей сущности (явление во сне при этом уже не бралось в расчёт), Фредерик коротко вздохнул, запустив руки в карманы плаща. Тонкая кожа перчаток едва слышно отозвалась на сжатие пальцев. Да, сигарета бы не помешал.
Теперешний облик являвшегося мужчине во сне ангела (внешний вид которого тамплиер по пробуждении так и не смог с точностью вспомнить) казался Кассаду чем-то схожим с Джеймсом МакФадденом. Нет, не внешне (если рассматривать этих людей с этой стороны, ничего общего между ними не было), какой-то внутренней силой, желанием завладеть вниманием окружающих. Проповеди МакФаддена, за которые он в итоге поплатился приходом, на многих действовали почти гипнотически. Вот и этот человек... вернее, существо в человеческом обличье внушало глубокое уважение.
Каким-то образом упустив момент, когда его собеседник принялся мерить шагами символическую отметку, Фред мысленно выругался и направился следом. Во всей этой встрече присутствовала некая значительная доля безумия.
- Что конкретно вы хотели бы знать? - юрист прокашлялся, прогоняя из голоса опостылевшую хрипоту. Следующий вопрос застрял в горле, так и не увидев свет.
"Интересно, почему всё-таки не МакФадден?" - эта мысль назойливо сверлила виски Фредерика, не желая отступать, увы, она была не единственной, доставлявшей беспокойство.

+1

6

Да я сам не лучше

          Люди изменились. Мир изменился. Ему не нравилось это, он привык к другому миру. Он даровал Торквемаде возможность карать, он помогал ему, и тогда все было правильно. Толпа молчала, никого не трогала, заставить поверить себе нужных людей он мог. Что делать с нынешней толпой? Эта толпа считала себя умной и независимой, но ничего не знала и, несмотря на годы развития, которыми они так кичатся, нисколько не выросли в глазах ангела. Они остались тем же жующим стадом, вот только теперь труд у них был не в чести.
          На сразу же возникший у человека вопрос херувим ответил не сразу. Он замедлил шаг и вскоре совсем остановился, не глядя на Фредерика, следовавшего за ним. Он чувствовал в нем бурю, сомнения, затмившие разум человека.
          – Ты не хочешь мне верить. Что за сомнения мучают тебя?
          Сашиель не мог понять того, что видел в человеческой душе. Ни один ангел не может понять человеческих сомнений, самой их природы, но с течением времени они в какой-то степени поняли, как размышляют люди. Разговаривать с ними после этого стало проще, но странностей в этих самых любимых Отцом детях все еще было предостаточно. За что любить их: полных сомнений, грешных, непостоянных, глупых, умеющих предавать и лгать? И все же Он любил их так же, как любил проклятого Самаэля, и прощал им все – даже то, что, как казалось Сашиелю, простить уже нельзя. Он же сам мог лишь смиренно выполнять волю Отца и не сомневаться в Его воле ни на миг.
          – У меня много вопросов, хотя, как я начинаю догадываться, что не на все из них в твоих силах будет ответить. Однако лучше обратиться к тебе, чем к более умудренному летами: ты молод  и ближе к этой жизни, тебе проще видеть, что происходит в ее течении.
          Херувим пошел по линии в обратную сторону, «прислушиваясь» к человеку. Что-то еще отвлекало этого человека от важнейшей миссии в его короткой жизни, и ангел испытал досаду, которую тоже не смог отразить на собственном лице. Ему не нравилось, что этот мальчишка, который, вместо того чтобы впитывать каждое слово Божьего слуги, думал еще о чем-то. Вечно с этими людьми приходилось возиться. Вечно надо все им разжевывать, потому что, если давать им думать самим, то времени пройдет слишком много – проще сделать все самому.
          – Человек, – он резко, на каблуках развернулся к Фредерику и заглянул тому в глаза. – Если бы мне проще давались человеческие эмоции, я бы сейчас с иронией попросил тебя слушать меня со всем вниманием, которое тебе дано, а не с одной из его частей, – короткая пауза. – Этому ты тоже меня научишь. Ты будешь говорить, а я буду слушать, и потом смогу повторить те эмоции, что услышал и увидел.

+1

7

Оф, а вот и я! Суров конец года, диво как суров =_="

Интересно, сколько Фредерику понадобится времени, что бы привыкнуть к поведению этого бесстрастного существа? Почему-то, несмотря на все свои сомнения, мужчина не мог иначе именовать своего собеседника. Мужчине и самому это не нравилось, он предпочёл бы использовать какое-нибудь имя, не возбуждавшее подозрения окружающих в некоторой анормальности произносящего его человека.
"Вопросы... У кого из нас их нет?" - усталая мысль, едва шевельнувшаяся в мозгу юриста, тут же обрела более чёткие формы.
- Не то, что бы сомнения... - проговорил Кассад и скривился от звучания собственного неуверенного голоса. Что за дела? Положительно, сегодняшнее утро было очень странным.
- Будь вы на моём месте, - Фред внимательно посмотрел на медленно идущего по линии меридиана человека, - Озадачились бы тем же.
А вот этого резкого разворота Кассад почему-то ожидал. Но всё равно невольно отшатнулся. Просто так, на всякий случай, что бы выдержать положенную для столь нестандартной беседы дистанцию.
Лишённое малейшего намёка на эмоции лицо собеседника каким-то непостижимым образом сконцентрировало на себе внимание Фредерика. Юрист даже забыл о старательно подавляемом желании зажать губами фильтр дымящейся сигареты, чему, в общем-то, был даже рад.
- Соглашусь - это проблема. Но, как вы уже заметили, вполне решаемая. Так с чего же мы начнём? С вопросов и ответов?
Кассад тяжело вздохнул, замечая, что сонливость отступила под натиском живого интереса.
"- Любопытство сгубило кошку, - любил повторять Кассад-старший, - Не уподобляйся глупым животным."
Старая присказка не раз спасала Кассада от неверных шагов, но что теперь?
- Для начала, как мне к вам обращаться? Истинное имя не подойдёт для такого случая. Как звали того, чьё тело вы носите?
Вот это вопросец! Фред прекрасно слышал себя со стороны и был прекрасно осведомлён о термине, которым можно обозвать данную формулировку.
Тонкая указка лазера, зелёной рапирой пронзавшая холодный воздух, замигала и угасла, отмечая официальное начало утра в Соединённом Королевстве. Благо, в этот период туристов ожидать не приходилось. Оставалось ещё несколько месяцев для очередного наплыва приезжих, желающих запечатлеть себя в удивительно оригинальной позе - стоя на стыке двух планетарных полушарий. Кассад вновь пропустил короткий вздох, на этот раз мысленный. Ангел прав - хватит отвлекаться на всё подряд.

+1

8

Он все же попытался изобразить эмоции – простые для человека, но очень сложные для высшего существа, примерившего его тело. Ангел попытался издать звук, хоть сколько-нибудь напоминающий настоящий человеческий смех. Зачем люди смеются? Они смеются, когда им хорошо и радостно, но все равно мало кто из его старших и младших братьев мог понять природу смеха. Люди издавали странные звуки, и странны были первопричины этих звуков, но, как давно понял Сашиель, чтобы не выделяться, надо уметь воссоздавать даже такое ненужное явление, как смех.
          Он попробовал, но получившиеся было похоже на хрипло-наигранное «ха-ха», чем на настоящее человеческое проявление радости. Мышцы лица так и не дрогнули, хотя бы потому что он уже успел забыть, как управлять этим сложным и несовершенным механизмом называемым тем, чего никогда не было у ангелов – телом. Всему его существу сейчас было смешно, насколько может быть смешно существам, подобным херувиму, от заявления этой букашки. Надо же вообразить себе подобную глупость.
          – Я не на твоем месте, человек.
          Странно. Как быстро люди заражали его своей жизнью, ее темпом. Он не любил торопиться, но уже сейчас внутренние ритмы начинали ускоряться, и Сашиель и сам был удивлен почувствовав, как быстро его не получившийся смех сменился тишиной. Он был раздражен невниманием этого юнца. Определенно, жизнь среди людей ненавязчиво заставляет меняться и подстраиваться под окружение.
          И все же эти люди никогда не вырастают, сколько ни живут, только, прожив пару десятков лет, начинают мнить о себе невесть что. А по сути – ведут себя, как те же дети, которыми они не так давно были. Потому и вести себя с ними надо как с детьми, пока хватает терпения.
          – Мы начнем с разговоров, потому советую тебе запастись терпением. Тебе придется много говорить. Надеюсь, тебе не надо прямо сейчас удовлетворить… некоторые свои… потребности? – он захотел, но не смог выразить брезгливость, ни в голосе, ни на лице.
          Вот оно – еще одно несовершенство человеческого тела. Потребность в еде, потребность от остатков этой еды очищать собственный организм. Притом очищать столь… неприятными и в буквальном смысле грязными методами. Многочисленные запахи, издаваемыми людьми… И как Отцу в голову пришло создать столь странных существ?
          – Да, ты прав, – он медленно кивнул головой и устремил взгляд поверх плеча человека. – Это тело принадлежит преподобному Доминику Эдгару Браунингу. Он был нефилимом, существом, неполным с момента своего рождения, и я заполнил ту пустоту, которая жила в нем. Я наблюдал за ним. Он весьма скуп на эмоции и не очень разговорчив, а потому твоя работа не будет такой тяжелой, какой могла бы быть, возьми я тело другого нефилима.
          Несколько секунд молчания.
          – Ваш мир очень изменился, Фредерик Кассад. Я наблюдал за вами, прежде чем спуститься, разумеется, я наблюдал. Почему вы такие странные, люди? Я видел, как мать выбрасывает собственного ребенка, и видел, как мужчина спасает совершенно чужое дитя. Почему вы, такие одинаковые в своих стремлениях, такие разные в своих поступках? Раньше вы были проще. Вы были тише. Послушнее.

+1

9

Образ киношного Фантомаса возник в голове мужчины так же внезапно, как недавний манящий вид только что зажжённой сигареты. Персонаж Жана Марэ удивительно точно наложился на внешний вид собеседника и грозил остаться в таком состоянии очень надолго.
- Ох, нет-нет-нет, - Кассад, почему-то старательно давя собственный смех, замахал руками, пытаясь прогнать совершенно неуместное видение, - Неужели нет ничего другого?
Но колоритный герой французского кино не желал отпускать захваченных позиций, видимо обидевшись на столь скудную реакцию от собственного появления.
- Значит, мистер Браунинг, - Кассад всё-таки рассмеялся, прекрасно понимая, как сейчас выглядит со стороны, - Будем знакомы вновь.
Их медленная прогулка, грозившая затянуться на многие часы, вела обоих прочь из внутреннего двора Королевской Обсерватории. Раннее утро всё так же было закутано в саван тумана, ставшего, казалось, ещё более плотным. В детстве Фредерик боялся, что в один прекрасный момент, подобная сегодняшней молочно-серая пелена сгустится на столько, что просто раздавит всех людей, которые находятся внутри. Глупые детские страхи. Кассад криво усмехнулся, вспоминая, как в то время боялся выходить на улицу и как однажды решился поведать о своих переживаниях отцу.
"Да, реакция была забавной."
- Tempora mutantur et nos mutantur in illis, - пробормотал Кассад и покачал головой, - Как, должно быть, тяжело быть вечным. Не хотеть или не иметь возможности жить по-настоящему, просто существовать…
Фредерик оценивающе посмотрел на собеседника. Посмотрел так, как будто бы только сейчас разглядел его по-настоящему. Юрист поймал себя на мысли, что до сего момента совершенно не представлял себе, что делать дальше. Подобное с ним происходило слишком редко, что бы считаться системой.
- Нет, мои потребности пока терпят. А вот ваши...
С этими словами, мужчина перегнулся через ограду, отделявшую идеально ровную дорожку от приунывшего газона, обязанного в светлое время суток выглядеть так же безукоризненно, как линия нулевого меридиана и стены Обсерватории, и вырвал с корнем внушительный пучок мокрой травы. С силой растерев содержимое перчатки по доступному участку плаща Браунинга, Кассад на мгновение загляделся творением собственных рук. Пятно получилось не слишком внушительным, но и это мужчину вполне устроило. Интересно, как бы см Кассад повёл себя, если бы попал в схожую ситуацию?
"Нет. Я - не он."
- Ну вот, теперь нам просто необходимо что-то с этим сделать! - беспокойство в голосе юриста было хоть и отдающим театральщиной, но вполне правдоподобным, - К счастью - у меня есть отличное решение!
"Сам себя не похвалишь..."
Фредерик отряхнул перчатки и добавил:
- И да, если хотите учиться, будьте добры - не вмешивайтесь в процесс.
Вернуться в спальные районы Фреду, действительно, хотелось. Но несколько по иным причинам, нежели могло показаться на первый взгляд. Привыкший всю свою жизнь следовать определённой системе, мужчина, в силу специфики своей профессии совершенно неосознанно искал в ней обходные пути. Так было и с любыми жизненными мелочами, такими, как организация выходного дня. Впрочем, Кассад был не единственным в своём роде, нашедшим универсальное решение проблемы субботних очередей в прачечной. Именно на таких людей Фред и рассчитывал сегодня. Впрочем, им всегда могло не повезти.

+2

10

Какие-то из его слов очень развеселили человека, хотя сам Сашиель ничего смешного в сказанном им самим не видел. Лезть в человеческую голову, пытаясь разобраться в многообразии быстро сменяющих друг друга мыслей, он тоже не собирался: это было не настолько интересно, хотя в каком-то смысле любопытно. Но ведь он же пришел сюда, чтобы снова учиться на время становиться человеком, и следует действовать так, как сделал бы человек. А херувим точно знал, что нефилим, отдавший ему свое тело, промолчал бы. Промолчал и он, полуприкрыв глаза и следя за человеком, улавливая малейшие движения мышц его лица.
          – Латынь? Похвально, – равнодушно сказал ангел. – Тяжело быть вечным для человека и для любого другого земного создания. Мне неведома тяжесть, о которой ты говоришь. Я создан таким, как и мне подобные. Откуда тебе знать, что это, – он обвел парк рукой, – и есть жизнь?
          Любому ангелу слова этого человечка показались бы глупыми. Как можно устать от служения Отцу? Как вообще можно устать, если ты, конечно, не человек? Их организм несовершенен, им свойственно уставать. А также им свойственны подобного рода странные мысли. Тяжесть, это надо же сказать. С каждым прошедшим мгновением этот человек начинал забавлять – интересовать? – его все больше. Он не прогадал – да, в сущности, и не мог прогадать – выбирая именно Фредерика Кассада.
          Но люди – они всегда остаются людьми. И, стоило ему успокоиться, расслабиться и отвлечься, человек снова сделал что-то странное, не поддающееся высшей ангельской логике. Сашиель повернул голову и бросил взгляд вниз на пятно грязи, приставшее к плащу благодаря стараниям его спутника. Он почувствовал удивление – зачем портить вещи? – и одновременно вспомнил:
          – Моему сосуду этот плащ очень нравился, Фредерик Кассад, – сказал он, все еще не отводя взгляд от пятна. – Поэтому возьми на себя труд объяснить, что это за гениальная мысль пришла в твою человеческую голову, ибо только вам, людям, может прийти подобное на ум.
          Он сумел нахмуриться, вслушиваясь в слова, произнесенные Фредериком, чувствуя некий фальшь в сказанном и все же не понимая, что это человек удумал. Чувствовал Сашиель также, что стоило бы улыбнуться, усмехнуться – в общем, сделать что-нибудь подобное, но это никак не выходило. Тяжелый человеческий механизм не заводился в полной мере, никак не хотел слушаться, даже несмотря на то, что херувим по доброте своей вылечил стеноз устья аорты.
          – Как скажете, сеньор человек, – внутренне он изобразил усмешку, которая никак не давалась ему внешне. – Но, не будь я ангелом, сказал бы, что то, что ты делаешь, начинает пугать меня.

+1

11

Ингинн, бааван ши

Ингинн была голодна. Настолько голодна, что начинала терять разум и напоминать самой себе отвратительную низшую нечисть, называемую вампирами. В последнее время ее охота не удавалась, и добыча в самый последний момент срывалась с крючка. Кажется, вскоре ей придется отказаться от всех привычек и традиций, сложенных веками. Вчерашний мужчина в последний момент куда-то пропал, а тот, кем она питалась, иссяк еще позавчера.
Она сходила с ума от голода и готова была броситься на первого попавшегося мужчину. Но нельзя, нельзя… Надо быть, надо оставаться хитрой, если хочешь выжить.
И потому, делая вид, что ранним утром она вышла прогуляться, она расстегнула короткую ярко-зеленую курточку и расстегнула верхнюю пуговку черной шелковой блузки. Оправив на бедрах длинную, чуть ниже колен, обтягивающую зеленую юбку, она зацокала на высоких каблуках по направлению к двум мужчинам. Бааван ши, включив все свое обаяние… Быстрым шагом, словно спеша куда-то, запнулась и не упала только потому что обеими руками вцепилась в мужчину в черном, который напомнил ей ворона и потому был весьма симпатичен.
– Ах, боже мой, простите, я такая неловкая!
Она не спешила отрывать себя от человека и, стоя вплотную к нему, с невинным лицом сказала:
– Знаете, у меня очень хрупкие кости. Если бы не вы, я бы точно сломала ногу. Могу я чем-то отблагодарить того, кто так мне помог? Может, мы вместе поужинаем, если вы свободны сегодня?

0

12

"Нда, сколько раз  я сам задавался этим вопросом", - с усмешкой подумал Кассад, невольно вспоминая события, хвала  Господу, оставшегося позади лета. Горячее выдалось времечко. Во всех смыслах. Но у Фредерика не было привычки придаваться воспоминаниям в самый неподходящий для них момент. По-крайней мере, юрист в это свято верил.
- Отлично, теперь у меня раз... - договорить Кассаду не дали. Довольно громкий перестук женских каблучков по асфальту, на который мужчина не обратил ранее должного внимания, завершился самым неожиданным образом. Обладательница неудобной обуви (А какой эта обувь могла быть, если её хозяйка не могла устоять на ногах? Впрочем, был ещё вариант с неотразимостью самого Кассада, сразившей утреннюю красотку наповал, но сам Фред в таком исходе дела отчего-то несколько сомневался.), совершив какой-то невообразимый пируэт, неожиданно повисла на ближайшем к ней мужском плече. Бывает же такое?
- Эм, вы в порядке, мисс? - выдавил из себя Фред, отчего-то не спеша отскакивать в сторону, как сделал бы в любой другой день. Паранойя - извечная спутница юриста в последние несколько лет (спасибо старым и новым друзьям-товарищам), на этот раз решила успокоиться и дать своему хозяину небольшую передышку, - Не стоит рисковать такими замечательными ножками.
"Чего я несу?!"
Фредерик готов был прямо сейчас отвесить себе знатную оплеуху, что бы наконец проснуться и перестать вести себя, как полный кретин. Вот что значит отсутствие свободного времени.
Поймав себя на очередной, но гораздо менее пристойной мысли, мужчина всё-таки сделал над собой усилие и отстранил невинно прижимавшее к нему свои неоспоримые прелести создание, мило щебечущее благодарности его скромной персоне.
"Такое ощущение, что я её от толпы насильников спас, а не... Тфу ты, при чём тут насильники?"
- Что вы, мисс, я...
"А, впрочем, почему бы и нет?"
Кассад внимательно посмотрел на Доминика, разговор с которым прервался на полуслове. Положительно, такое поведение начинало входить в привычку юриста и Фреду сей факт абсолютно не нравился. Образ Фантомаса медленно мерк, стекая с испачканного плаща на предательский для женских ножек тротуар, уже не вызывая приступов неконтролируемого смеха. И на том спасибо. Что же, с одеждой сосуда они разберутся, пусть немного позже, так что носитель ангельской сущности мог особенно не переживать по этому поводу. А чувствовал ли он сейчас хоть что-то? Вообще, каково это: быть чужой оболочкой?
- Договорились, - Кассад выдал свою самую очаровательную из доступных в это странное утро улыбок и продолжил, - Только не ужин, а завтрак. Мы всего пару часов в Лондоне, почти никого тут не знаем и не отказались бы от хорошей компании. Разумеется, если вы не против двух оболтусов, не знающих города.
Кассад коротко склонил голову, вверяя свою судьбу в руки незнакомки. Вот и отличная возможность для ангела перенять пару-другую человеческих привычек. Если девушка согласится, конечно. А Фредерику почему-то очень хотелось, что бы она не отказала в его, мягко говоря, странной просьбе. Невероятным усилием воли не давая взгляду сползти с милого личика на не менее привлекательную атласную блузку, мужчина протянул руку и вновь, хоть и гораздо сдержанней улыбнулся:
- Я - Фред. А это мой коллега Ник. Очень рады знакомству.

+1

13

Определенно, действия людей понять куда сложнее, чем приказы Отца.
          Сконцентрировав большую часть своего внимания на человеке, он слышал (чувствовал? осознавал?), что поблизости уже появились те, кому не стоит слушать их разговоры. Земные жители не умеют хранить тайны, и достояние одного быстро становится достоянием всех. Ему не нравилось это, но он, пусть без слов, уже пообещал человеку слушаться. Потому приближение существа, имевшего женский пол, он почувствовал и понял раньше, чем Фредерик. Однако даже он не думал, что вскоре ему придется присмотреться к незнакомке, так некстати в буквальном смысле свалившейся на его проводника. Сашиель почувствовал нечто, схожее с человеческим раздражением, вызванным непредусмотренной задержкой. Самого его пятно на одеянии волновало только потому, что подобные вещи привлекают внимание людей.
          Он не обладал способностями, подвластными, к примеру, проклятому Самаэлю, умевшему с первого взгляда узнать, что за представитель отвратительного, мерзкого нечеловеческого рода перед ним. Его скромных умений хватило лишь на то, чтобы почувствовать голос нечеловеческой твари, которая могла оказаться кем угодно – от мелких, не стоящих внимания кровососов, именуемых вампирами, до более серьезных существ, населявших Британские острова. Быть может, она просто голодна, и человеческий мальчик интересует ее лишь как мужчина, и тогда его спутнику ничто не угрожает. Но лучше присмотреться к богомерзкому созданию, наверняка плоду отвратительной любви Лилит и… кого угодно. Проклятый Самаэль – и тот был ее любовником еще когда был серафимом, его старшим братом и любимым сыном Отца.
          Он будет следить за ней, и следить пристально. И точно не допустит, чтобы та тварь нанесла вред тому, кому он пообещал свою защиту.
          Херувим стоял чуть позади Фредерика, молча и не привлекая к себе внимания. Пусть эта отвратительная женщина поменьше смотрит на него.
          – Не Ник. Доминик, – мягко, ровно, спокойно поправил он: подобные сокращения, больше схожие с собачьими кличками, были одинаково противны и ему, и его вместилищу. Но у нефилима они вызывали высшую степень раздражения, а ангел мог и промолчать.
          Возможна, встреча с женщиной и соответствующая обстановка тоже были полезны, когда надо научиться вновь ходить в человеческой личине – иначе почему человек согласился. Возможно, на его взгляд она была привлекательна, однако Сашиель видел в ней лишь вульгарность и распущенность шлюхи. И все же ангел попытался растянуть губы в подобии улыбки, хотя его глаза по-прежнему были холодными, если не сказать – ледяными.

+1

14

Ингинн, бааван ши

Она продолжала трещать, как полная дура, запудривая мозги этому, оказавшемуся не очень-то далеким, мужчине. Не один и не два раза она сказала, что Фред – о боже, какое прекрасное имя, такое гордое, такое строгое, как и присуще мужчине! – спас ее разве что не от лютой смерти. Он же уже начал пялиться на ее не самый скромный наряд. Неужели ей повезло?
Он предложил позавтракать, но, увы, вместе с его молчаливым другом, от которого ей – видимо, от перенапряжения и нервов – почудилось дуновение чего-то нечеловеческого. Будь она не такой голодной и более осторожной, Ингинн бы принюхалась к нему: не приведи богиня Дана, не выпить чужую собственность, с которой кормится кто-то более сильный.
Она сильна. Быть может, она выпьет одного, а второго оставит на черный день?
– Ну конечно! Конечно я не оставлю двоих таких милых джентльменов! Но… – она, изобразив сожаление на лице, посмотрела на изящные золотые часики на левой руке, – ах, мне так жаль, сейчас еще так рано, вблизи, насколько я знаю, не работает ни одна забегаловка. Быть может, вы зайдете ко мне? Я живу не очень далеко, надо только чуть-чуть прогуляться. Ну же, соглашайтесь, я буду рада пообщаться с новыми людьми!
Ингинн мягко взяла Фреда за руку и осторожно потянула за собой, сверкая идеальными белыми зубками.

0

15

Фредерик с улыбкой хлопнул ангела по плечу:
- Конечно же, Доминик. Мой коллега весьма щепетилен в таких вопросах и слишком серьёзно относится к жизни, а мне никак не удаётся его перевоспитать, представляете? - Фред развёл руками и тяжко вздохнул, - Ума не приложу, что делать.
Похоже, что девушка смогла каким-то образом заразить своей беспрестанной болтовнёй и Кассада. Самому юристу это не особенно нравилось, но вскоре мужчина перестал об этом думать. В любом случае - ангел верно подметил - ему придётся много говорить.
- Хм, недалеко, говорите? - вот и проснулась усыплённая внезапной атакой девичьего щебетания подозрительность, норовившая в скором времени дать из маленьких семян буйные всходы.
"Какого чёрта?"
Почему-то в этот момент Кассаду пришла в голову не особенно приятная картина: с пол десятка крепких плечистых молодцов в чёрном, спрятавшиеся в глубине полутёмного коридора явно казённого помещения. Ребята молчаливой стеной высились перед мысленным взором юриста, всем своим видом выражая непоколебимую решимость проломить чей-нибудь незадачливый череп.
- Да что мы всё обо мне, - отмахнулся мужчина как от видения, так и от новой порции хвалебных од, которые девушка щедро выливала на его персону, - Расскажите, как вы оказались на улице в такую рань в положенный всем гражданам Британии выходной?
Не будь она так настойчива, как знать, может быть магия первого взгляда и продержалась достаточно долго.
Но несмотря на всё вышеперечисленное, Фредерик поступил совершенно противоречиво даже для своих довольно гибких в определённые моменты жизни принципов.
- Что же, если вы откроете нам тайну своего имени и клятвенно обещаете развеселить моего угрюмого приятеля, так и быть, мы примем ваше скромное приглашение.
Уже частично пожалевший о своём выборе Кассад вновь улыбнулся, чувствуя, как немеет от такой напряжённой  работы челюсть, а взгляд опять норовит преодолеть границы шеи добродушной незнакомки. Впрочем, как знать? Может быть эта наивная дурочка действительно является той, кем кажется?
Внутренний голос, которого Фредерик привык слушаться почти неукоснительно, скептически заметил, что если бы Фред побольше думал головой, а не яйцами, то большую часть проблем в жизни юриста можно было попросту избежать. С сожалением согласившись с невидимым советчиком и решительно отмахнувшись от его логических выкладок в пользу минутного порыва, Фред взглянул на Доминика и пожал плечами, как бы заочно соглашаясь с новым планом экскурсии.
- Заодно и плащ в порядок приведём, - Кассад кивнул на им самим же сотворённое пятно, - Мой коллега просто магнит для неприятностей. Вы с ним в этом схожи.
"Ну не скромничай, Фредди", - внутренний голос, которому таки удалось пробиться сквозь выстроенную для него стену, не преминул ввернуть пару слов, - "Не стоит уступать другим пальму первенства в этом серьёзном деле".
- Ведите.

+1

16

Первая неумелая, неловкая, но уже похожая на настоящую, улыбка появилась на его лице, хотя оба сознания – ангела и нефилима – снова хотели одного: подцепить человеческую руку двумя пальцами за рукав и убрать ее подальше – вместе с владельцем, конечно. Фамильярности ни Сашиель, ни его сосуд не терпели. Будь он человеком, он бы уже пожалел о данном обещании быть послушным учеником. Он же не был человеком, а потому не мог ошибаться – а, следовательно, и жалеть о чем бы то ни было.
          – Зато… кхм… не веду себя… хм… подобно ребенку, попавшему в магазин игрушек. В отличие от тебя, Фредерик, – из всего спектра эмоций, доступного людям, ему сейчас дались лишь укор и малая доля раздражения.
          А это… существо точно было шлюхой. Он замети это с неким чуть злорадным удовлетворением, почти незаметно кивнув головой и пристально глядя на назойливую проститутку, склоняющую несовершенного, но все же божьего сына к отвратительной греховной связи, пока она уделяла все своего внимание Кассаду.
          В отличие от человека он не придал никакого значения близости жилья нечистой. Почувствовав смуту в душе Фредерика, он хотел было взяь ситуацию в свои руки и увести спутника, в котором уже успело забурлить желание – он ангелу потом еще спасибо за это скажет, когда узнает, что женщина принадлежала к отвратительному нечеловеческому роду. Но он промедлил и не успел. В прочем, роль наблюдателя была для него очень полезна – в плане общения между обитателями земли, конечно. Он не собирался идти по падшим женщинам, а вот эмоции, мимика, жесты – это именно то, что ему сейчас было нужно.
          Херувим еще раз изобразил улыбку, которая со стороны могла показаться неловкой и смущенной – но глаза к лицу обернувшейся к нему хищной твари не поднял, чтобы она не почувствовала в нем высшее существо – если могла почувствовать.
          – Мой любимый плащ безнадежно испорчен, не думаю, что с этим можно что-то сделать. И все благодаря тебе… друг, – на сей раз в голосе на миг проскользнуло отстраненное высокомерие, которое иногда, очень редко, появлялось в голосе его вместилища.
          Однако слово «друг» уже лишилось той неприятной окраски и даже, кажется, было смягчено – по крайней мере, Сашиель попытался смягчить его, непривычное и странно звучащее. Люди любят это слово и дорожат им. Не соит лишний раз задевать тему дружбы, малоизвестную ангелам. У него был Отец, были братья, старшие и младшие, но такое понятие, как дружба, в Эдеме не прижилось, потому как означает избирательную привязанность, что редкость среди старших сыновей Господа. Слово это он произносил нечастно и только на земле. И ни разу не поверив в им самим сказанное слово.
          Сашиель, двинувшись следом за нечистой, понадеялся, что Фредерик не всерьез говорил о том, что эта чрезмерно яркая бабочка будет развлекать его и липнуть к его скромной ангельской персоне – этого-то он точно не потерпит. Не будь он ангелом, его бы стошнило от подобной перспективы.

+1

17

Ингинн, бааван ши

– Ах, знаете, это такая неприятная история! – нисколько не смутившись, несмотря на явные подозрения со стороны человека, продолжила щебетать Ингинн. Что-что, а врать она умела. – Я осталась ночевать у своей подруги – знаете, немного выпили, поговорили обо всем подряд… а утром явился ее муж, этот ужасный, отвратительный хамоватый человек! Мне, конечно, абсолютно все равно, кто и как живет, но этот мужлан пропадает где-то даже по ночам – а потом, понимаете, заявляется домой и закатывает своей жене – моей подруге – ужасные сцены. Он, видите ли, уверен, что пока он где-то в поте лица трудится – не иначе над очередной проституткой – она ему изменяет! Это святая женщина! Ну, подумаешь, была у нее пара интрижек на стороне – ничего серьезного, уж поверьте мне…
Обо всем этом она трещала без умолку, держа под руку Фредерика и шестым чувством осязая и стоящего чуть поодаль его друга – или кто они там друг другу? Совсем не трудно казаться дурой – особенно если так сильно хочешь есть. Ради еды она готова на большее чем на просто ложь о неизвестной ей самой подруге.
Она резко остановилась на середине только что выдуманного рассказа и состроила виноватое выражение лица.
– Ах, простите, я так заговорилась. Ингинн, меня зовут Ингинн – знаете, старое шотландское имя, а мои родители просто помешаны на подобных вещах. …Ах да! Вот из-за очередного скандала мне пришлось очень быстро собраться и уйти. Знаете, больше всего, после этого ужаса, мне хочется небольшого расслабляющего массажа. Кстати, – она провела пальцем по ладони человека, – мне кажется, у вас очень чуткие руки. И, можете, не сомневаться, мы обязательно позаботимся о вашем друге. Я не дам скучать ни вам, ни вашему другу, – она улыбнулась им обоим, скользнув взглядом по другу Фредерика. – Но идемте же, идемте!
Им действительно не пришлось идти далеко, и бааван ши не успела сойти с ума от запаха человечины – такой манящей, желанной, благоухающей. У нее был целый дом: живи она в квартире, соседи могли бы услышать то, что им не стоит слышать. Чудесный дом, рамы окон которого были увиты плющом и плетущейся розой, краски которых были так ярки, как будто дом стоял не в городе, а в деревне. Она взлетела на крыльцо, ни на миг не отпуская Фредерика и как бы невзначай несколько раз коснувшись его бедром. Она выпьет его до дна, до последней капли, и с его нечеловеческим другом также разберется – но позже, после того как насытится.
– Заходите! Гостиная вперед и направо. Проходите, а я принесу вам… что предпочитаете? Чай, кофе?

0

18

Прошу прощения за задержку =_="

Жилище Ингинн представляло из себя классический разворот из рекламной брошюры "Дом вашей мечты". Удивительно, как такое строение втиснулось в пространство между двумя серыми собратьями, выглядевшими на его фоне особенно уныло. Фредерик неопределённо хмыкнул, скользнув взглядом по густо облепившим окна растениям. Кажется, именно такой домик он видел на картинке в детской книжке лет двадцать тому назад. По сюжету в том доме жила коварная злая ведьма. Удивительно, что именно сейчас юрист это вспомнил. Сходство было поразительным, даже жутко стало. Впрочем, Кассад тут же выкинул эту, не нужную по его мнению, мысль прочь из головы.
Его спутник делал успехи. Юрист понимал, что задача ему предстоит не лёгкая и внутренне порадовался тому, что им подвернулась неплохая возможность продвинуться в обучении на пару шагов.
Девушка болтала без умолку и за несколько минут, которые компании потребовались для преодоления разделявшего их от входной двери расстояния, Ингинн успела вылить на юриста тонну информации о том, почему она так рьяно тащит их обоих к себе домой. Честно сказать, мужчине это было не интересно. Он опять поймал себя на том, что время от времени соскальзывает взглядом на плотно натянутую ткань верхней части блузки спутницы.
"А ну прекрати!" - внутренний голос в очередной раз вернул Кассада в реальность. И вовремя, так как девушка задала вопрос.
- Это не принципиально, главное, без мышьяка или цианида, - Кассад вновь улыбнулся, проводив хозяйку дома взглядом.
В гостиной было довольно светло (для такого туманного утра) и уютно. Комната выглядела нарочито опрятной, даже какой-то ненастоящей. Ни соринки. Кассад вздохнул, подумав о том, что небольшой беспорядок определённо оживил бы помещение.
Классическая пара кресел, диван, аж три журнальных столика и много цветов. Пожалуй, даже через-чур много. Плотные шторы на окнах сейчас были раздвинуты и бледный утренний свет, основательно притушенный плотной пеленой тумана, сочился в комнату. Избавившись на время от собственных плаща и перчаток и заняв одно из кресел, то, что ближе всех стояло к окну, мужчина глубоко вздохнул и серьёзно посмотрел на Доминика:
- Я знаю, что вы обо всём этом думаете, - негромко проговорил он, - Но согласитесь, девушка довольно милая. Попытайтесь с ней поговорить, сыграйте предложенную роль. Это неплохая возможность потренироваться. Главное - побольше улыбайтесь. Люди это любят. Можете попробовать прямо сейчас.
И Кассад подал неплохой по его мнению пример, мило оскалившись собеседнику. Когда хотел, Кассад мог выглядеть очаровательно. Оставалось передать эту способность Доминику, который, по мнению Фреда, имел для этого все данные.
Мужчина был согласен, что деревянная манера ангела держаться на людях могла повредить тем высшим целям, которые преследовало это светлое существо, появившись здесь, в столице Британии. Оставалось надеяться, что Ингинн не сразу выставит их обоих за дверь. Всё-таки, Фредерик и Доминик представляли из себя довольно странную парочку. Каково же было безрассудство этой девушки? Притащила домой первых встреченных ею на улице мужчин. Право слово, именно из-за таких жителей Лондона, у Фреда никогда не переведётся работа.
Кассад немного помолчал и улыбнувшись самому себе, покачав головой:
- Честно сказать, не в моём характере такие внезапные порывы.
Сейчас, когда очаровательная хозяйка дома не находилась в непосредственной близости от мужчины, он более-менее пришёл в себя. Впрочем, девушка вполне могла вернуть своё влияние, просто вновь оказавшись в гостиной.
- Надеюсь, в шкафу не сидит с пяток широкоплечих молчаливых ребят в чёрном?
Фред с искренним любопытством разглядывал резную дверцу вышеназванного предмета мебели, который ранее не был им замечен, - С монтировками, - добавил юрист с кривой усмешкой, представляя, как вся эта честная компания вываливается на пушистый цветастый ковёр. Что-то воображение Кассада этим утром особенно активизировалось. К чему бы это?

Отредактировано Frederic Cassad (06.03.2013 14:09:20)

+1

19

Дом был в стиле почти любого нечистого создания. Большинство их, за исключением цвергов, гремлинов, трау и им подобных не могли жить без дикой природы. Начав жить среди людей, в деревнях и городах, они и тогда не могли отказаться от зелени, потому что она была частью их и питала их жизненной силой. Даже в ущерб собственной безопасности они окружали себя зеленью, которая разрасталась слишком бурно в их присутствии – настолько бурно, что по ним можно было вычислять порочных. Чем инквизиторы и занимались. Сашиель-Доминик с презрением посмотрела на дом, прежде чем войти. Сказать по правде, ему становилось интересно, как далеко зайдет оголодавшая дикая тварь. Ведь она почувствовала что-то – неужели голод столь силен, что инстинкт самосохранения отказал этой «очаровательной особе»?
          Он шел следом, особо не глядя по сторонам: ангела совсем не интересовало, как живет эта хищница. Будучи настороженным, но уверенным в себе, херувим даже вспомнил о том, что его вместилище предпочитало аскетичный образ жизни, и решил порадовать хотя бы тело, с расслабленным видом опустившись на диван, перед этим без раздумий бросив уже не самый чистый плащ на чистый диван. Человеку, которого определенно обуяло чувство, близкое к похоти, он из принципа решил не предупреждать, пока, как говорят люди, «не запахнет жареным». Потому и комментарий «Мышьяк и цианид не обещаю, но жди оригинального рецепта кофе» Сашиель на время предпочел оставить при себе. Их встреча с человеком оборачивалась забавным экспериментом.
          Похоже, именно это достаточно редкое для Сашиеля отношение к происходящему очеловечило его настолько, что, прищурившись на секунду, он тут же выдал такую же широкую улыбку, как у Федерика, но со своими мелкими отличиями.
          – Конечно. Милая, – улыбка сразу исчезла с его лица, и осталась только задумчивость. Он по-прежнему молчал о своих размышлениях насчет Ингинн. – Вы прекрасно смотритесь вместе. Но ради всего святого, человек, не впутывай меня в свои… приключения. Сомневаюсь, что смогу вытерпеть без омерзения… ваш… процесс спаривания.
          Изобразив на человеческом лице омерзение, он махнул кистью руки, словно сбрасывая с пальцев грязь, и машинально ответил:
          – Там никто не сидит. Нас здесь трое, – он сделал паузу. – А, и еще, – ангел наставил на Фредерика указательный палец, – никогда не называй меня Ником, иначе я оторву тебе руку. Или ногу. А шкаф завален сумочками и поясами из кожи. Также там есть картонная коробка, в которой раньше были туфли, а теперь – те вещи, которые вы, люди, используете, когда вам надоедает просто… совокупляться.
          Херувим дернул губами, изображая улыбку.

+1

20

Ингинн, бааван ши

Она звонко рассмеялась и покинула человека со спутником, виляя бедрами и напоследок бросив Фреду комплимент о том, какой он шутник. Уже на кухне она растянула губы в хищной улыбке, проведя рукой по груди и расслабляясь. Сняла куртку. Они были в ее доме. Теперь она сожрет этого глупого Фреда, а потом разберется и с его патроном – или кто тогда этот Ник? Она не такая слабая и хрупкая, как могло бы показаться, она справится, но сейчас главное – хоть немного поесть. Бааван ши провела языком по губам и, оскалившись, чуть выпустила прятавшиеся, клыки, похожие на клыки летучей мыши.
Немного снотворного в чай для человека и – вдруг повезет? – для его спутника. Чашку чая себе. Она поставила все на небольшую тележку, вытащила из холодильника несколько эклеров, купленных вчера и еще мягких настолько, чтобы их было не стыдно подавать гостям. Там же стояло и блюдце с кубиками сахара. Все эти приготовления – чтобы настроить человека на нужный лад, расслабить. Чтобы он меньше дергался, когда она будет его есть.
Толкая тележку по коридору, Ингинн на пару секунд задержалась у большого зеркала. Одернула блузку и юбку, поправила волосы и облизнула губы. Чуть склонила голову набок, оценивающе глядя на собственное отражение и проведя пальцами по шее. Ему понравится. На мужчин производят впечатление девушки, которые не носят нижнего белья.
– Надеюсь, вы не скучали? – мелодично произнесла женщина, вместе с тележкой вплывая в гостиную.
Медленно нагнувшись, она взяла в руки чашку с блюдцем и протянула человеку, а после и этому скучному хмырю, правда, тоже не обделив его возможностью полюбоваться на ее декольте и ровную, гладкую кожу. Уже через секунду после этого она сидела рядом с человеком, касаясь его плечом, обаятельно улыбаясь кончиками пальцев касаясь его колена.
– Вы сказали, что вы коллеги, – голос, в отличие от той трескотни на улице, был мягким, грудным. – Чем же вы занимаетесь, если не секрет?

0

21

Запах цветов отступил. Казалось, что какая-то невидимая рука накрыла источник дурманящего аромата невесомым белым платком. А может быть, Фредерик просто привык? Скорее всего - второе. С каких это пор природа делает человеку одолжение?
Настороженность медленно отступала, прогоняемая самим Кассадом. Разумеется, это полезное чувство не исчезло вовсе, просто затаилось на неопределённое время. До той поры, пока что-то или кто-то вновь не вырвет его на поверхность неосторожным движением, выдающим враждебные намерения.
Туман медленно лип к противоположной стороне оконного стекла и Фредерику на мгновение показалось, что эти молочно-белые хлопья осторожно стекают вниз по гладкой поверхности, чертя за окном странные, ни на что не похожие узоры.
- Отлично, вы делаете успехи, - проговорил Кассад, отмечая трещины, появившиеся в маске безразличия, плотно натянутой ангелом, - Только, один маленький совет: прежде чем вновь возвращаться к образу унылого пня, убедитесь, что ваш собеседник этого не заметит. Так, - он разёл руками, - Жизненный опыт.
Юрист  подумал о том, как должно быть жалко для его собеседника прозвучала последняя фраза и вздохнул.
Девушка возилась на кухне и до сидевших в гостиной время от времени доносилось позвякивание посуды и скрип дверцы какого-то шкафчика. Хозяйка не торопилась, что определённо говорило в её пользу.
- Даю честное благородное слово адвоката, что даже под страшной пыткой не назову вас Ником, - Фредерик отсалютовал Доминику двумя пальцами и виновато улыбнулся, - Всё-всё - это был последний раз.
Мужчина вновь оглянулся на шкаф, но тут же получил относительно вызывавшего смутное подозрение предмета мебели новый комментарий. Интересно, ангел действительно видит это, или же издевается?
Кассад внимательно посмотрел на собеседника, лицо которого вновь утратило малейший намёк на эмоции. Параллели с Фантомасом попытались вернуться на завоёванные ранее позиции, но были нещадно уничтожены кривой усмешкой, получившейся у Доминика очень даже натурально. Не знай Фред, кем на самом деле является сидящее напротив существо, он бы, поди и не заметил никакой разницы.
- Это не может не радовать. Я не люблю лишних свидетелей. Но... Почему вы так переживаете на счёт моей личной жизни? Вас я в неё посвящать точно не собираюсь, даже не просите.
Кассад на мгновение задумался, старательно отгоняя от себя визуализацию услужливо предложенной ангелом ситуации. Нда, до чего странное чувство! Словно бы его вывернули наизнанку и обследовали под микроскопом.
Мужчина вспомнил, что именно так ощущал себя во время любого, даже самого незначительного, разговора с отцом. Вот уж нет, только философствования на тему проблемы поколений мне сейчас и не хватало.
Положение спасла Ингинн. Девушка появилась как-то внезапно, моментально вернув себе то внимание, которое Фред ранее уделял туману и цветам (впрочем, вряд ли они обиделись). Избавившись от куртки, хозяйка дома катила перед собой тележку с чайником и чашками, словно бы не замечая, в каком ракурсе сейчас находится её грудь. Сделав над собой усилие, Фред поднял глаза от обрамлённой чёрной рубашечной тканью части тела и с благодарностью принял протянутую ему чашку. Доминик выглядел так, словно проглотил школьную указку. Ту самую, которой Фредерик пару раз получал по затылку от сурового учителя французского миссис Тодд. Получал, надо сказать, совершенно заслуженно, хоть вины своей за игриво порхавшие по тогдашнему светлому классу бумажные самолётики не чувствовал и по сей день.
Фредерик едва сдержался от комментария по этому поводу. Он чувствовал, что его спутника дико раздражает неожиданно встреченная ими особа, но что поделать, Доминик сам просил научить его общению. Путь терпит. В любом случае, раздражение - тоже эмоция.
- Гм, у вас прекрасный дом, Ингинн. Приятно в такое унылое по-настоящему осеннее утро оказаться на островке весны.
В девушке что-то переменилось, но Кассад никак не мог понять, что именно. Казалось, что она стала гораздо ближе. И не только физически. Настороженность опять взбрыкнула, но не настолько сильно, что бы Фред хоть как-то на это отреагировал.
Взгляд предательски соскользнул на услужливо подставляемые юристу под самый нос прелести, и тут мужчина вспомнил, что ему задали вопрос.
- Да, мы с Домиником занимаемся недвижимостью. Довольно скучное дело, однако, дающее возможность путешествовать. Вы любите бывать в других городах, странах?
Её рука оказалась у Фредерика на колене и он подумал о том, что совсем не хочет, что бы она оттуда исчезала. В этот момент, подсознание подкинуло мужчине ту самую картину, о которой совсем недавно столько раз упомянул Доминик: Фред и Ингинн, общающиеся в довольно нетривиальных позах и бесстрастно наблюдающий за этим ангел. И всё под неизвестно откуда взявшуюся весёленькую рок-н-рольную музычку. Уже поднесший было чашку к губам мужчина, еле-еле подавил дикий приступ смеха. Нда, было бы очень неудобно.  Сделав над собой титаническое усилие (далеко не первое за последний час), юрист скроил донельзя виноватое выражение лица и вопросил тоном умирающего в пустыне:
- Простите, мне дико неудобно, но где у вас здесь уборная?
Если он сейчас не останется в одиночестве, то точно сморозить какую-нибудь глупость. А этого Кассаду хотелось меньше всего. Плюс ко всему - у ангела выдастся возможность наедине пообщаться с незнакомым человеком. Фредерик бы с удовольствием посмотрел, что из этого получится, если бы смог в ближайшее время себя контролировать.

Отредактировано Frederic Cassad (26.03.2013 17:14:40)

+1

22

– Унылого пня… – медленно, чуть ли не разбивая на слоги, проговорил ангел, человеческими глазами глядя на Фредерика. – Я поражаюсь вашему образному мышлению, человеческое племя.
          Как забавны нечеловеческие существа. Она настолько очаровала человека, что еще немного, и ангельский подопечный бухнется на колени, подберет руки к груди и вывалит язык, глядя на, возможно, кажущуюся ему красивой, женщину преданными глазами и роняя слюни на пол. Но он упрямо не говорил человеку, почему «он переживает на счет личной жизни» этого глупого ребенка, которому вдруг показали сиську. Херувим издал чисто человеческое презрительное фырканье, правда, забыв хоть что-то изобразить на лице.
          – Да избавит меня от этого Отец. Как вы, люди, там говорите про свечку? В общем, не волнуйся, держать ее над вами я не намерен. Но смирись с тем, что теперь я и так буду знать, где ты и чем ты занимаешься. И смотреть глазами мне для этого совсем не нужно.
          Он замолчал, потому что в это время нечистая, долго возившаяся на кухне, направилась к ним. Он увидел ее раньше, чем она впорхнула в комнату, обдав его неслышным людям сильным и густым ароматом дикой природы. Херувим не был против природы, ведь ее создал Отец, но, будучи такой резкой, она настораживала. Шлюха посветила своими прелестями перед человеком и перед ним, и ангел окончательно решил, что при удобном случае свернет ей шею. Взгляд равнодушно скользнул по ее формам, и вскоре херувим, изображая из себя крайне деликатного коллегу Кассада, мирно потягивал горячий напиток из чашки и направлял взгляд куда угодно, кроме этой пока еще сладкой парочки. Как там говорят люди? Она его откровенно клеила. Сашиель чувствовал отвращение, видя, как она трется о Фредерика. А тот и рад такому вниманию. Дурак. Как жаль, что человек еще не успел оценить второй пары ее клыков.
          Когда подопечный вышел, Сашиель только промолчал, силясь понять неожиданно охватившее Кассада веселье. И тихо негодовал из-за того что тот оставил его с этим… отродьем. Он понимал, что Ингинн чувствует в нем нечеловеческое начало, но явно не сознает, на кого именно наткнулась. А он, чтобы преподать Фредерику урок и отучить его лезть под первую попавшуюся юбку, будет молчать до последнего. Ангел позволил себе расслабиться и из интереса потянулся за одним из эклеров, которые нечисть так красиво разложила на блюдце. Вкусно. Надо будет спросить, где она их покупает.
          И, пока нечистая ерзала на месте, херувим позволил себе съесть еще.
          – Где ты их берешь?
          Ангел впервые обратился к ней, но почему-то вместо ответа шотландка нервно дернула рукой в сторону юго-запада, всматриваясь в лицо нефилима. Открыла рот – наверное, хотела что-то сказать – но тут же пролила себе на юбку чай. Взвизгнула не хуже поросенка и с завидной скоростью унеслась по коридору и куда-то на второй этаж. И, между прочим,он здесь был не при чем.

+1

23

Ингинн, бааван ши

– Вы мне льстите, Фредди, – на несколько секунд она опустила взгляд в пол, скрыв глаза за длинными пушистыми ресницами. – Просто я очень не люблю холод и туман.
Она действительно не любила ни то, ни другое, зато жить не могла без растений. По-хорошему, жить бы ей в лесу, но теперь жилище среди деревьев будет привлекать еще больше внимания. Люди бесконечно, надоедливо любопытны.
– Ах, как это, должно быть, интересно! – пропела она, плавно закинув ногу на ногу и погладив Фреда кончиками пальцев по ноге. – К сожалению, я никогда не была за пределами Соединенного Королевства: постоянно что-то мешает, – Ингинн грустно надула губки.
Глупый человек! Она чуть не зашипела от злости и разочарования, когда он вдруг сбежал от нее, словно девушка сделала что-то не так. Но она продолжала улыбаться.
– Направо и первая дверь налево. Я вас жду, – бааван ши заглянула человеку в глаза и легко прикусила нижнюю губу. – Не забудьте, я надеюсь на то, что вы подарите несколько блаженных минут массажа.
На самом деле оставаться рядом с молчаливым спутником Фреда было немного жутко. Наверняка он понял, что значит ее внимание к человеку. И вряд ли был этим доволен. И что от него ждать? Следовало бы заговорить, но она не совсем понимала, что хочет сказать. Извиниться? Попросить поделиться? Ха! Да и, будь он против, этот странный Ник, он бы уже показал это. А может… она понравилась и ему? Она ведь нравится многим мужчинам.
И все же молчание патрона Фреда нервировало ее. Ингинн вдруг поняла, что ей неудобно сидеть так, как сейчас сидит она. Но и сменив позу, она вновь почувствовала неудобство. Как же непривычно, когда подобные ей и владеющие человеческим материалом, ведут себя так! А может, он задумал убить ее? Что же делать?
Когда он обратился к ней, она оказалась не готова и смогла лишь неуверенно ответить, промычав что-то не очень членораздельное. Подвинулась еще и, неловко двинув локтем, пролила часть чая из чашки на себя. Ее обожгло – хорошо, что не сильно, и бааван ши поспешила покинуть гостиную. И пусть все будет как будет. Она хочет есть, и никто ей не помешает. Взбежав по лестнице, она сперва заскочила в гардеробную. Хоть немного крови… Совсем немного… Хоть один укус – и пусть этот Ник забирает своего человека и делает с ним что угодно. У себя в спальне, бросив новую чистую юбку на большую двуспальную кровать, она успокоилась в полутьме, создаваемой тяжелыми шторами темно-синего цвета.
– Фредди! – нежно, но громко крикнула она, уверенная, что он услышит ее и с первого этажа даже при своем плохом человеческом слухе. – Вы не могли бы подняться наверх и немного помочь мне?

0

24

Направо, налево, дверь, тишина и слишком яркий свет, вспыхнувший чуть ли не раньше, чем Кассад коснулся широкого плоского выключателя, едва выступавшего из стены. Этот дом оказался настоящим лабиринтом. Снаружи строение выглядело весьма компактно и Фредерик даже подумал о каком-то внутреннем несоответствии. Впрочем, мысли эти мелькнули в его голове столь стремительно, что вряд ли имели право упоминаться здесь.
Шум воды частично заглушил прорвавшийся наружу смех. Сегодня Кассад вёл себя более чем странно. Такое поведение было совсем не свойственно юристу, привыкшему держать себя в руках практически в любой ситуации.
Что происходит? Или ангел прав и ему действительно пора сбросить напряжение?
Ледяная вода, с силой выплеснутая в лицо подействовала отрезвляюще. Приступы душившего Фредерика смеха самоликвидировались, что было несомненным плюсом в ситуации. Вряд ли его спутнику будет интересна та истерика, которую Кассад едва не устроил в гостиной. Хотя, почему нет? Он же хотел учиться человечности?
Старательно очищая сознание от новых идиотских образов, которые, однако, уже были лишены рок-н-ролла и Ингинн, Фред несколько раз глубоко вздохнул и уставился на своё всклокоченное отражение в небольшом овальном зеркале без видимой рамы. Как есть - загулявший мужик средних лет, мучащийся кишечником. А ведь ещё пару часов назад Фред выглядел более-менее сносно. Для донельзя неприятного раннего подъёма, разумеется.
- И кофе бы не повредил, - пробормотал Кассад, приглаживая волосы и ища взглядом полотенце. Последнее обнаружилось на маленьком аккуратном металлическом крючке у двери. Только сейчас мужчина заметил, как уныло (по сравнению с гостиной) выглядит ванная комната. Даже странно было оказаться здесь, посреди обители серой, чуть ли не казённой плитки и несколько странного отсутствия многочисленных женских средств для волос и кожи, после весёлых красок гостиной. Даже мыла не было видно. Возможно, хозяйка ещё не довела до ума эту часть своего жилища, или успела облагородить лишь одну из комнат. Фредерик не знал истории этого дома, да и, положа руку на сердце, не хотел знать.
За шелестом так и не выключенной им воды послышался подозрительный возглас, а затем торопливые шаги, унёсшие своего владельца куда-то наверх. Из-за двери было сложно разобраться в случившемся, но Кассад почему-то был железно уверен в том, что причиной всему является его спутник.
"Что он ей такого наговорил, интересно?.."
В тот момент, когда мужчина закрутил кран и совершенно машинально проведя пальцами по краю умывальника (точно прощался с комнатой, как бы глупо это не смотрелось со стороны), вышел вон, сверху раздался голос Ингинн. Точно сказать Кассад не мог, однако, не сомневался в том, что расслышал своё имя.
Это "Фредди" юрист ненавидел ещё со школы. Мать никогда не называла сына так, считая уменьшительно-ласкательные наименования приличествующими лишь для так и не состоявшейся в семействе Кассадов дочери. Об отце и говорить не приходилось. А потому и сам Фредерик терпеть не мог подобные вариации и прекрасно понимал в этом вопросе Доминика. Впрочем, разве девушка могла знать об этом?
- Только не говорите, что начали корчить страшные рожи, - выдал Кассад с порога гостиной, торопливо пробираясь к столу. Схватив первую попавшуюся чашку, в которой осталось едва ли на один глоток, он залпом осушил её и сунул в рот один из эклеров. С сомнением рассмотрев следы помады на посуде, что держал в руках, Кассад проглотил то, что успел урвать и непонятно зачем добавил:
- С утра ничего не ел.
Чашка с лёгким звоном встретилась со столешницей, мужчина потёр руки, точно муха, замыслившая отобедать чужим бутербродом:
- Итак! Даме нужна помощь, так что поднимайтесь с дивана и бегите исправлять ошибку. Раз уж мы решили тренироваться, то используем все возможности.
Фредерик не имел и тени сомнений в том, что хозяйка дома, вскорости, выставит их обоих с треском. Загадкой оставалось лишь количество отпущенного им с Домиником времени.
Кассад бросил взгляд на собственную, так и не тронутую чашку, немного подумал и махнул рукой. Чай был просто чудесным, но... Может быть, позже?
Пока зов со второго этажа не повторился, Фредерик постарался как можно скорее доставить Доминика к основанию лестницы, ведущей на второй этаж. Запах цветов усилился, словно выбравшись из-под того самого платка, мысленно представленного мужчиной.
- Главное, не говорите о её секретах, - Фред понизил голос, - Людям не положено знать, что находится в шкафах едва знакомых им собеседников. В большинстве случаев - не положено. Мило улыбайтесь, узнайте, что ей нужно, - юрист было умолк, но спустя секунду так же тихо добавил, - Если что, для неё я всё ещё в ванной.
На самом деле, Кассад бы с удовольствием понаблюдал за успехами своего внезапного ученика. Но вряд ли Ингинн обрадуется такой толпе в своих апартаментах.
- Удачи, Доминик, - Фред ободряюще улыбнулся, препровождая ангела вверх по лестнице. Сам он намеревался остаться в коридоре. 
Сейчас Кассад чувствовал себя последним сводником. Впрочем, вряд ли ему на этом поприще грозит хоть какой-то успех.

+1

25

– Ни в коем случае, друг мой, – ангел задумчиво с пальца остатки шоколадного крема. Честно говоря, он был озадачен: раньше ему было не до земной пищи и, как оказалось, зря. Уж в чем, а в чревоугодии люди знали толк. – Твоя дама сердца пролила на себя еще недавно кипевшую жидкость. Такое поведение типично для людей.
          Ангел бы вряд ли заметил подобное. Он поднял человеческий взгляд на Кассада, чтобы тому было удобнее с ним разговаривать. Надо будет накормить бедолагу: люди очень хрупкие и без еды мрут как мухи. Удостоив человека чуть кислым взглядом – «чуть» только потому что не мог выразить это в полной мере. В следующее мгновение он уже стоял за спиной человека, всем своим видом выражая недовольство. А когда херувим был недоволен, он гораздо чаще демонстрировал свою силу. Или скорее намекал на нее.
          – Фредерик, ты дурак, – он хотел спросить, но не справился с интонациями. Но и утверждение в данной ситуации очень даже подходило. Подходя к лестнице, ангел добавил: – Я и так знаю, что она хочет.
          И это ему совсем не нравилось. Оголодавшая тварь хотела сожрать его подопечного, на которого у Сашиеля были свои планы. Более того: он просто не мог терпеть ей подобных, считавших, что весь мир живет для них и создан тоже для них.
          – Глупо ей врать, – безразлично заявил херувим. – Она все равно до тебя доберется. Она жаждет тебя.
          Вполне возможно, что человек подумает совсем не о том, о чем он пытался ему сказать. А Сашиель чувствовал ее мысли и желания и точно знал, что человек не интересовал Ингинн в сексуальном плане: она была слишком горда собой и своим нечеловеческим происхождением, к тому же для ее вида люди всегда были едой, а с едой, должно быть, крайне трудно спать даже если очень этого хочешь.
          Он поднимался по лестнице уже привычным людям способом, впрочем, особо не торопясь. Так или иначе, он не хотел лишний раз натыкаться на это хищное создание, которое он пока, увы, не может устранить. Дерево перил было очень приятным на ощупь, и ангел с сожалением постучал пальцами по лакированной поверхности перед тем как продолжить путь к отвратительному хищному созданию. Там, в своей комнате, в полумраке, в полурасстегнутой блузке и не застегнутой юбке, которую она едва-едва придерживала пальцами на бедрах, стояла Ингинн и ждала человека, который добровольно принудительно поделится с ней собственной кровью. Несколько секунд спустя он увидел это и глазами нефилима, который, наверняка, тоже испытал отвращение где-то в глубине этого тела, где на время уснул его разум. Распущенные волосы – обязательный атрибут обольстительницы – спускались ей на спину. Она было улыбнулась, но, обернувшись, вскрикнула и отшатнулась. Он равнодушно наблюдал за тем, как менялось ее лицо: от смазливого вполне человеческого личика к хищному и имеющему какие-то неуловимые птичьи черты. Женщина оскалилась и зашипела, обнажив длинные и тонкие клыки, плавно выехавшие над обычными «человеческими», в ее горле что-то клокотало, как не может клокотать в человеческом организме. Пожалуй, ему были здесь чуточку не рады. Херувим улыбнулся, сложив руки на груди. Как глупо и банально его пытаются напугать.
          – Фред, как я и ожидал, мне там не очень рады, – именно это первым делом сказал ангел, покинув душную спальню. – Дама жаждет видеть молодое привлекательное лицо. И осторожней, она кусается.
          Он снова исчез и появился уже на первом этаже, у подножия лестницы.

+1

26

Ингинн, бааван ши

Задумчиво погладив ногу, ошпаренную горячим чаем, она поправила чулок. Послали ей боги такого то ли слишком скромного, то ли совсем недалекого мужчину. Вместо того, чтобы любоваться ей и с ней же потом уединиться, он сбежал от нее – хорошо хоть не дальше ее собственного дома. Чертов джентльмен! Ей хотелось есть так, что хоть с воем лезь на стену. И когда, наконец, она услышала шаги на лестнице, она испустила вздох облегчения.
Ингинн грациозно встала и, повернувшись  к двери спиной, изобразила попытки застегнуть молнию на новой юбке, уже более короткой, чем предыдущая. Она медленно обернулась, устремив томный взгляд к стоявшему в дверном проеме…
– Ты!
На мгновение все поплыло перед ее глазами – и ее облик красивой женщины поплыл перед глазами вошедшего. Она ждала не его, она голодна, и ей снова мешает этот. Пора показать ему, кто хозяин в этом доме. Ингинн выпустила клыки и зашипела. Пора его прогнать. Ему не место здесь!
– Вон отс-сюда… – женщина резким движением застегнула узкую юбку.
Сумасшедший! Ненормальный! Она по-кошачьи взвизгнула. Если Фред не идет к ней, она сама его найдет. И теперь она не будет такой доброй – если до этого она хотела отпустить его, лишь утолив немного голод, то теперь она выпьет его до дна, пока от него не останется одна сухая оболочка.
– Фред!!
Она кричала так, как не могут кричать человеческие женщины – ее голос был слышен в любом уголке дома, от него вздрогнули окна. Уже не возвращаясь к прежней человеческой маске бааван ши вышла из спальни и со злобой ударила рукой по двери и с отвратительным звуком оставила на деревянной поверхности четыре следа от длинных ногтей, оказавшихся гораздо крепче, чем могло показаться.

0

27

Всё-таки, мир оказался правильным, я вырвался оО Ещё раз извиняюсь за задержку Х_Х

- Не могу не согласиться, - нарочито  печально вздохнул Кассад, бросив своему спутнику виноватую улыбку, - Не будь я им, давно бы уже валялся в постели. Дома.
"И спокойно спал, вместо того, что бы..."
Додумать юрист не успел, странный шум из спальни завершился скорым возвращением ангела, с каменным лицом сообщившего о неудаче своего предприятия. Все ранее брошенные намёки Фредерик предпочёл пропустить мимо ушей, однако, они каким-то образом успели зацепить подсознание и теперь пытались прорвать довольно хлипкую баррикаду, которую мужчина выстроил вокруг своего не в меру яркого воображения.
- Что там случилось? - спросил юрист, вполне искренне интересуясь ситуацией и тут его настиг громоподобный вопль, от которого на миг заложило уши и потемнело в глазах. От неожиданности, мужчина едва не перелетел через перила, о которые сейчас опирался и не свалился в узкий зазор между лестницей и стеной. К сожалению, Фредерику не улыбалось окончить жизнь в позе сломанной марионетки, потому он отпрыгнул назад, чудом удержав равновесие на самой верхней ступеньке. В этот момент, перед его взором предстала она.
Сказать, что девушка изменилась за тот короткий промежуток времени, что они не виделись - это попросту помолчать. Хищный оскал, исказивший милые черты лица, придавал ей вид только что покинувшего Преисподнюю демона. И, надо сказать, демон этот был очень недоволен и голоден. Горящие жаждой крови глаза, растрёпанные волосы и общий беспорядок в одежде дополняли чудесного вида когти, всего секунду назад пропоровшие одну из дверей.
- Дорогая, не стоит так расстраиваться из-за чашки, - пробормотал мужчина, холодея от непонятного, почти животного ужаса. Казалось, что взгляд Ингинн приковал юриста к месту и он сможет оторвать ступни от пола лишь с куском покрывавшего лестницу ковра. Это состояние длилось и длилось и Фреду уже казалось, что прошёл не один час, прежде чем он сумел сделать хоть что-то, а именно - выдавить из лёгких какой-то странный хрип и рвануть вниз по лестнице. Почему-то мужчина уже знал, что существо, едва не убившее его одним своим видом, не даст ему добраться до двери. Мысли лихорадочно метались в голове, стараясь выстроить дальнейший план действий. Разумеется, Кассад был в курсе существования тёмной стороны Лондона и тварей, её населявших, но столь близкой встречи с ними у него ещё не было. Строго говоря, мужчина лишь сегодня утром смог по-настоящему убедиться в существовании иных сил.
- Плащ не забудь, - выкрикнул Фред совершенно идиотскую фразу, миновав половину лестничного пролёта и едва не слетев с оставшихся ступенек вниз головой. Ангел вёл себя совершенно невозмутимо и этот жуткий контраст с его собственным моральным состоянием вызвал у Фреда улыбку, которая любому стороннему наблюдателю могла показаться оскалом окончательно съехавшего с катушек маньяка.
"Урок номер два - страх неминуемой смерти", - внутренний голос звучал откровенно по-издевательски, но Фредерика это сейчас совершенно не волновало. Были проблемы и посерьёзней.

Отредактировано Frederic Cassad (18.05.2013 22:24:01)

+1

28

Его все еще преследовали запахи спальни фэйры, которая, дай ей возможность, вышвырнула бы его из комнаты собственными когтистыми лапами. Человеческой его части хотелось потереть нос и чихнуть, но ангельская половина прекрасно понимала, что это ничего не даст, и тяжелые запахи цветов, привезенных Ингинн из куда более теплых, чем Объединенное Королевство, стран, выветрятся сами, но не сразу.
          Ей нравилось иногда заманивать людей к себе в спальню, спариваться с ними и ждать, когда они потеряют сознание от духоты, чтобы вцепиться в них своими зубами и когтями.
          Изредка ей надо было насыщать свое тело не только обычной едой и кровью, но и человеческой плотью. Для нечистой это было что-то вроде деликатеса. Ей совершенно не нравилась испорченная у большинства мужчин печень, но любимое блюдо – сердце до сих пор казалось прекраснейшим яством. Своими когтями эта женщина могла распороть человеческую грудную клетку, ее силы вполне хватило бы, чтобы просто ее пробить. Она любила человеческое сердце еще горячим, как будто дышащим, дымящимся. А человеческая плоть имела сладковатый привкус.
          Ее надо было уничтожить. Эта мысль была встречена равнодушно. Он привык убивать. Он всегда делал только это.
          Сашиель бросил на человека безучастный взгляд, которым ему очень хотелось бы сейчас выразить осуждение.
          – Ты еще успеешь выспаться, человек. Обязанности твоего ордена и, соответственно, тебя, выше других потребностей.
          Стоя у подножия ступеней в обитель нечистой, которая напоминала владелицу настоящего локального тропического ада, Сашиель растянул губы в равнодушной усмешке. Он услышал вопли нечеловеческой женщины еще когда она только подумала о том, чтобы закричать. Этот человек славно развлекает его. И потому, когда Фредерик пробегал мимо, ангел протянул к нему руку и на долю секунды легко прикоснулся раскрытой ладонью к человеческому плечу, передавая часть собственной благодати. Самую малость, которая выветрится через пару дней, не больше. Чтобы не делать забавного благодаря его цинизму человека святым  и чтобы он не начал биться в религиозном экстазе.
          Почти нежно, чтобы не повредить хрупкий человеческий организм, ангел коснулся разума Кассада:
          «Тебе есть, что ей противопоставить. Воины Господни не бегут от бешеных собак».
          Он перенесся в гостиную, чтобы неторопливо набросить плащ, и больше не обращал внимания на плащ. Когда он выходил в коридор, хищная тварь, уже мало похожая на человека, бежала вниз по лестницы, визжа на высочайших нотах и обещая человеку страшные муки. Напугать благословленного? Смешно. Сашиель небрежно взмахнул рукой, и женщину словно порывом ветра унесло обратно на середину лестницы, приложив головой и спиной о ступени. Она злобно взвизгнула.
          В следующую секунду он стоял рядом с Кассадом, держа на раскрытой ладони кухонный нож, к которому еще недавно прикасалась сама хозяйка дома.
          – Она опасна. Она пожирает таких как ты. Уничтожь ее, тамплиер. Защити людей, пусть мы не на Святой Земле, а они больше не паломники. Для того вас и собирал Михаил.
          И если человек слишком труслив даже под его благословением, то он уничтожит опасную тварь сам. Но сейчас Сашиель сделал то, что редко делал: дал человеку полное право выбора, не прикасаясь к его разуму. Только словами.

Отредактировано Dominic Browning (24.05.2013 14:38:20)

+1

29

Ингинн, бааван ши

Мерзкий ублюдок! Ингинн из всех сил била по попадавшимся под руку вещам. На стенах, обшитых деревом, появлялись вмятины и трещины, следы от когтей, несколько стеклянных безделушек в гостевой комнате разбились вдребезги от ее голоса. Она убьет его, убьет, убьет, убьет!
– Слышишь меня, человек?! Двери закрыты! Я прикажу плющу, и он задушит тебя. Берегись стен, человек! Я иду за тобой! Я схвачу тебя и сожму тебя в объятиях так, что твои ребра начнут покрываться трещинами! От моего яда с тебя слезет кожа! Слышишь меня?! Ты никуда не уйдешь!  Я пущу тебе кровь и буду слизывать ее с тебя, а затем выпью тебя до дна, пока ты не останешься лежать, высохший и сморщенный! Я вырву твое сердце у тебя на глазах! Ты пожалеешь, что начал бегать от меня!
Она не очень торопилась, потому что знала, что так сразу человек из дома не выберется. Но нетерпение и жажда не давали выглядеть так величественно, как ей бы хотелось. Она побежала вниз по лестнице, воя и распарывая когтями перила.
Что-то больно ударило ее в грудь и бросило обратно, ударив так, что на несколько секунд потемнело в глазах. Больно… Она не сразу встала – пока не утихла боль в позвоночнике и затылке. Все равно она сожрет и человека, и его патрона.
– Я сожру тебя!
Чуть-чуть пошатывало, и перед глазами плясали круги, но это и не важно: она сможет найти его по запаху. А если он и убежит – этот запах приведет ее к нему тогда, когда он ждать не будет.

0

30

- Фредерик Кассад, не подведи меня, - серьёзный голос отца, звучавший из телефонной трубки, врезался в мозг, подобно сверлу. Фред даже слегка отстранился от прижимаемого к уху мобильника. Столько времени прошло, а мужчина всё никак не привыкнет к этой отцовской манере орать в телефон. Он же не с Луной разговаривает!
В голову в очередной раз пришёл старый глуповатый анекдот про Черчилля и его секретаря. Фред вздохнул и ровным спокойным тоном ответил:
- Ты не разочаруешься во мне, отец.
- Надеюсь на это. Надеюсь, - Грегори на удивление внезапно сбавил децибелы и теперь говорил совершенно нормально, так что Кассад-младший более не рисковал оглохнуть на правое ухо до середины следующей недели. И это совсем не шутка - однажды с ним такое уже случалось, хоть и не по милости досточтимого родителя.
- Завтра твоё первое настоящее слушание, - напомнил Фреду отец, - Но ты не переживай, всё получится.
Вот тут Фредерик не удержался и закатил глаза к потолку. Ну когда это закончится? Когда они перестанут носится с ним, как с годовалым несмышлёнышем, имевшим несчастье вывалиться из люльки?
"Мне уже двадцать один! Даже по меркам некоторой части планеты, я вырос из твоей опеки!"
Разумеется, в слух Кассад-младший ничего такого не произнёс, лишь дождался, когда затянувшееся молчание прервёт родитель.
- Хорошо, мне пора. До связи, сын. Я буду в курсе. Скажи матери, что поездка откладывается на неделю, но она состоится в любом случае.
- Хорошо, отец, я всё ей передам прямо сейчас.
- Да, вот ещё что, - Кассад-старший взял секундную паузу, - Будь осторожен.
- Ну разумеется! - кажется, некая толика раздражения всё-таки проскользнула в ответе, так как собеседник тяжело вздохнул, перед тем, как повесить трубку.
- Можно подумать, я... - Фредерик осёкся и внимательно посмотрел на чёрное тело телефона, всё ещё зажатое в правой руке, - Можно подумать.
Молодой человек отложил мобильник, потянулся с хрустом в суставах и уставился на лежавшую прямо перед ним стопку листов бумаги, исписанных ровным мелким почерком, явно, принадлежавшем женщине. Кроме этого, на столе не было ничего, не считая старой лампы, отбрасывавшей приглушенный зеленоватый свет и, собственно, мобильного телефона, аккуратно отложенного в сторону.
Яростно протерев лицо ладонями, Фред взглянул на настенные часы и скривился. Кажется, отец опять засиделся за работой допоздна.
"Уж кто бы говорил", - язвительно заметил внутренний голос, услужливо подбрасывая воспоминания всей предыдущей недели.
"Не подведи меня" - вырванная из контекста фраза всерьёз вознамерилась не дать Фреду сосредоточиться.
- Чёрт побери, я так и знал, что ничего хорошего из этого разговора...

-... не выйдет, - пробормотал Фред, чувствуя настоящую лавину эмоций, грозившую погрести под собой его сознание. Он вернулся в настоящее так же стремительно, как и провалился в воспоминания десятилетней давности. Осознание своего предназначения пробудилось у тамплиера совершенно неожиданно. Он даже и помыслить теперь не мог о том, что бы продолжить своё позорное бегство. Как такое возможно? Как он, рыцарь ордена, получивший рекомендации самого ван Хайдена, позволил себе подобное малодушие?
Пальцы сжались на холодной рукоятке кухонного ножа, так вовремя предложенного Фредерику Сашиелем. Глядя на ангела полными непоколебимой веры в своё дело и в Того, во имя кого и существует их орден, глазами, Кассад широко улыбнулся. Впрочем, улыбка эта тут же сменилась сосредоточенным выражением лица человека, который прекрасно знает, что ему следует делать.
Раньше Фреду не доводилось ещё столь тесно общаться с представителями тёмной стороны Лондона. Но в последнее время вокруг стало творится нечто, совершенно выходившее за рамки обыденного. Кассад лишь на прошлой неделе слушал обращение Джеймса МакФаддена (быть может, не так внимательно, как это было необходимо), к находившимся в городе членам ордена Новых Тамплиеров, но по своему обыкновению воспринял слова этого человека не столь уж буквально.
– Я сожру тебя! - крик твари, уже успевшей потерять всякий человеческий облик, заставил Фредерика резко развернуться. Тёмная гадина поднималась на ноги, отброшенная на лестницу внутренней силой спутника Кассада.
- Я тебя не подведу, Отец, - тихо проговорил юрист, удобней перехватывая своё новое оружие. Он пока не знал, как именно сможет убить это существо, но был преисполнен веры в то, что ему это удастся. Так или иначе. Потому что на стороне рыцаря Истина и Свет, с коими не может состязаться ни одно адское отродье, выползшее в этот мир из своей поганой норы.
- Молчи, тварь, - Фреду показалось, что он невольно копирует шипение, издаваемое нечистью и ему это не понравилось. Больше от него этого никто не услышит.
- Твоё существование - насмешка над этим миром.
Глаза застилала какая-то странная неведомая пелена. Впрочем, она ничуть не мешала обзору. Кассад даже не успел понять, как именно оказался на лестнице. Ему хотелось как можно скорее расправиться с тем, что имело наглость нацепить на себя человеческую маску.
Впрочем, Ингинн (или как её звали на самом деле?), явно, не собиралась стоять на месте и ждать, когда её принесут в жертву во имя торжества Господа. Делая свой первый выпад, Фредерик уже знал, что так просто он с ней не расправится. Но осознание это лишь раззадоривало его. Рыцарь был несказанно рад открывшейся для него возможности проявить себя по-настоящему.

+1


Вы здесь » Les Quatre Cavaliers » Основной » Зов